"Тяжёлый люкс" Богдо-гэгэна VIII

В тибетском буддизме существует социально-религиозный институт, основанный на особой системе реинкарнации, - тулку. Тулку называют высших лам традиции гелуг. В Тибете это Далай-лама и Панчен-лама, в Монголии - Богдо-гэгэн.

• Первым монгольским Богдо-гэгэном стал великий скульптор и политический деятель Дзанабадзар (1623-1735). Далее этот институт развивался и взаимодействовал как с тибетскими тулку, так и с цинским правительством.
• В 1636 г. маньчжуры захватили Внутреннюю Монголию (к югу от пустыни Гоби) и этот регион был включен в состав Цинской империи в качестве “внешнего вассала”. В 1691 г. Внешняя Монголия (к северу от пустыни Гоби) также была включена в состав Цинской империи в статусе “наместничества-протектората” (Думан, 1977, с. 141; Тихвинский, 1982, с. 136).
• В Монголии буддизм получил широкое распространение в конце XVI в. В 1578 г. состоялся визит Далай-ламы III к южно-монгольскому Алтан-хану, после чего был выпущен манифест, запрещающий все небуддийские культы, и был построен первый крупный буддийский центр Эрдени-Дзу (Альфонсо, Кореняко, 2015, 72-74).
• 1 декабря 1911 г. Внешняя Монголия провозгласила независимость страны. Лидером монгольской буддийской сангхи и теократическим правителем свободных от цинов монгольских земель стал Богдо-гэгэн VIII (1869-1924).

Сказать, что ему повезло в жизни, пожалуй, значит, промолчать. Нгаванг Лосанг Чойкьи-ньима Тэнцзин Вангчук (Вайли Ngagwang Lobzang Chokyi Nyima Tenzin Wangchug) родился в знатной тибетской семье и рос во дворце Потала, резиденции Далай-ламы.

Его опознали в качестве перерождения Богдо-гэгэна VII (1847-1869). В возрасте 6 лет он прибыл в Ургу (ныне - Улан-Батор). Там его имя зазвучало уже по-монгольски коротко и ясно - Агваанлувсанчойжиннямданзанванчүг.

Этот тибетский аристократ, ставший монгольским тулку, интересен тем, что после него осталось: он отличался широким кругозором и был известен своей любовью к собирательству.

Портрет, в свою очередь, списан с фотографии.

То же самое касается минералогических редкостей и произведений искусства - его, видевшего роскошь Поталы, интересовали раритеты и лучшие образцы ремёсел.

Нередко Богдо-хан утрачивал интерес к приобретённым и подаренным ему вещам и сдавал их на хранение в дворцовый "музей поля чудес". Кладовой Богдо-хана заведовал хранитель.

В 1920 г. путешественник и литератор Антоний Фердинанд Оссендовский (1878-1945) находился в Урге вместе с бароном фон Унгерном (1885-1921). В своих путевых заметках он писал:

"Во время моего пребывания в Урге я неоднократно посещал дворец Живого Будды, беседовал с ним и наблюдал его жизнь". (с) Оссендовский, 2005, с. 250.

"Автомобили, граммофоны, телефоны, хрусталь, фарфор, картины, духи, музыкальные инструменты, редкие звери и птицы — слоны, медведи с Гималаев, обезьяны, индийские змеи и попугаи, — все это в разное время находилось во дворце «Бога», но все это он поочередно оставлял и предавал забвению.

В Ургу прибывают паломники и приносят дары со всего ламаистского и буддийского мира. Хранитель драгоценностей дворца, почтенный Балма-Дорын, повел меня однажды в большой зал, где хранятся приношения верующих. Это единственный в своем роде музей драгоценностей. Там имеются редкостные вещи, совершенно неизвестные европейским музеям.

Открывая шкаф с серебряным замком, хранитель сказал мне: — Здесь вы увидите слитки чистого золота, полученные с Бей-Кема, черные соболя с Кемчина, а также чудотворные оленьи рога.

Вот эта шкатулка, присланная орогонами, содержит драгоценные корни женьшеня и благовонный мускус. Это вот кусок янтаря с берегов «замерзшего моря», весящий 124 лана (около 10 ф.). Здесь алмазы из Индии, благовонный цибет и резная слоновая кость из Китая.

Он долго рассказывал мне о разных хранящихся здесь предметах, и на самом деле то, что я здесь видел, достойно было удивления.

Передо мной мелькали редкие меха — белый бобер, черный соболь, белые, голубые, черные лисицы (песцы) и темный, почти черный барс; тут же стояли коробочки из черепахи с чудесной резьбой, в которых хранились хадаки из тонкой, как паутина, индийской шелковой ткани, длиною 10—15 метров; около них находились маленькие мешочки из золотых нитей, в которых лежали жемчуга, подарки индийских раджей, и драгоценные кольца с сапфирами и рубинами из Китая и Индии; большие нешлифованные алмазы, слоновые клыки, украшенные золотом, жемчугом и бриллиантами; роскошные одеяния, вышитые золотыми и серебряными нитями; моржевые клыки с барельефной резьбой — работой примитивных художников с берегов Берингова пролива и масса других предметов, которых я не в состоянии описать".

В воспоминаниях Оссендовского можно найти объяснение интереса Богдо-гэгэна VIII к ценностям материальной культуры Запада. Цитируя тулку, он пишет:

"— Урга — старое гнездо буддизма... Вместе с Чингисханом двинулись калмыки и олеты для завоевания Европы. Они пробыли на чужбине почти четыреста лет, живя в русских степях. Позже, по зову желтых лам, они вернулись в Монголию для борьбы против царей Тибета и лам ордена красных шапок, угнетавших народ".

(с) Оссендовский, 2005, с. 258.

Также тулку относился к школе гелуг. Далай-лама V (1617-1682), лидер школы гелуг, воевал со школой кагью (те самые "красные шапки") не на жизнь, а на смерть и одержал победу.

Так школа гелуг стала доминирующей традицией тибетского буддизма. Особую помощь в этом противостоянии оказал лидер западных монголов Гуши-хан (1582-1655).

"Богдо хлопнул в ладоши. Один из его секретарей вынул из красного мешочка большой серебряный ключ. Живой Будда открыл им ларец для печатей и достал оттуда маленькую резную коробочку из слоновой кости, в которой находилось большое золотое кольцо с большим рубином с выгравированным на нем знаком свастики.

— Это кольцо Чингисхан и Кублай-хан носили всегда на правой руке, — объяснил он".

(с) Оссендовский, 2005, с. 259.

Впоследствии Богдо-хан был лишён власти и часть его сокровищ была утрачена. В настоящий момент коллекцию монгольского тулку можно увидеть на том же месте - его дворец, построенный в 1893-1903 гг., стал музеем и там сохранено то, что дошло до наших дней с тех времён, когда любознательный Богдо-гэгэн VIII собирал редкости.

Например, чучела экзотических животных.

Cреди "механических чудес", которыми пользовался Богдо-гэгэн VIII и его супруга, были музыкальные кресла. Буквально: вы садитесь и звучит музыка. Они были подарены монгольскому тулку российским императором Николаем II.

Ранее государю уже доводилось принимать подарки от высшего ламы традиции гелуг.

Эти троны подчёркивают особый статус Богдо-гэгэна, который считался "живым Буддой", а его супруга была провозглашена земным воплощением дакини - просветлённым существом женского рода. Одна из функций дакини - подвергать испытаниям того, кто стремится к духовному развитию, и передавать знания в том случае, если страждущий достоин.

И этот уникальный головной убор, подбитый мехом чернобурой лисицы, который сочетает в себе элементы кочевой истории монголов и буддийскую реликвию, также находится в экспозиции дворца.

Вы думаете, леопардовая шуба или леопардовый принт в одежде, обуви и аксессуарах покажет окружающим, насколько вы обеспечены?

То, чем владел Богдо-гэгэн VIII, - это неподъёмный люкс он даже в дверь не пройдёт. Знакомьтесь: роскошная и неповторимая леопардовая юрта.

Известно то, что Богдо-гэгэн имел обыкновение в определённые периоды медитировать в ней в течение 10 дней. Внутри юрты, в соответствии с традициями, находится буддийский алтарь.

Но, надо сказать, это не единственный пример недосягаемой монгольской роскоши. Ранее у Гуши-хана (1582-1655) была тигровая юрта со вставками из леопарда.

Поэтому неудивительно, что драгоценная юрта Гуши-хана в итоге осела во дворце Потала в Лхасе, где хранится в настоящей момент.