6 мая 2020 5964
Китай на пороге введения суверенной кибервалюты
Власти КНР объявили, что страна приступает к тестированию новой электронной валюты, которая в конечном счете может окончательно "отвязать" Китай от доллара.
Многие эксперты ожидали, что Китай начнет симметрично отвечать США на обвинения в "создании коронавируса" и обрушении мировой экономики, то есть утверждать, что как раз именно США виноваты во всем. Но особенности китайской политической мысли заключаются в том, что Китай редко играет на поле, которое ему не принадлежит и где он вынужден играть по чужим и навязанным ему правилам.
Китай, действуя в рамках старой стратагемы "голос слышен с Востока, а удар идет с Запада", то есть действуя неожиданно и непредсказуемо, именно в момент начала нового экономического кризиса и атаки со стороны США объявил, что приступает к тестированию новой электронной валюты, которая в конечном счете может окончательно "отвязать" его от доллара. Сама эта проблема — пребывание в долларовой зоне при международных расчетах — давно тяготила КНР, а идеи того, чтобы сделать юань свободно конвертируемой валютой, обсуждались с начала 2000-х. Но это еще больше привязывало бы Китай к старой системе обеспечения мировой конвертации валют и, главное, использовало бы устаревшую, пускай и очень надежную на тот момент, систему расчетов.
Китай же стремится сделать так, чтобы его схема была прежде всего выгодна самому Китаю, а во-вторых, была бы нацелена на будущее, а не использовала бы старые методы. Первоначально отрабатывался вариант перехода на расчеты исключительно в национальных валютах, "мимо" доллара, в том числе эта схема активно внедрялась в расчетах с Россией. Однако она все равно частично зависела от "долларовой экономики".
В течение долгого времени китайское руководство преследовало долгосрочную цель максимального внедрения юаня в международные платежи, что в целом, помимо всего прочего, должно было отражать роль китайской экономики в мировых процессах.
Главная задача заключалась в том, чтобы увеличить влияние юаня в качестве торговой и инвестиционной валюты. Доля юаня в общемировых платежах за 2017-2019 годы увеличилась на 28 базисных пунктов, о чем свидетельствует отчет SWIFT (Общество всемирных межбанковских финансовых телекоммуникаций, Society for Worldwide Interbank Financial Telecommunication). По состоянию на август 2019-го доля юаня как мировой платежной валюты составила 2,2%, притом что в июле 2011 года этот показатель составил менее 0,5%. И хотя это можно рассматривать как очень существенный рост, все же говорить о серьезном присутствии юаня в мировых платежах не приходится. Что касается числа финансовых учреждений, использующих юань для расчетов, то к июлю 2019 года оно увеличилось на 11,31% по сравнению с июлем 2017 года, составив в общей сложности рост от 1989 до 2214.
В целом же ситуация оказывается тем парадоксальнее, что юань — единственная крупная валюта, которая стремится к международному признанию, но при этом не является свободно конвертируемой и поддерживается усилиями только одной страны. И именно в этой области наиболее заметны дисбалансы. Если доля Китая в мировом ВВП в 2019 году составила чуть более 19,24%, то доля юаня в международных платежных потоках в августе 2019-го составляла всего 2,2%. Таким образом, разрыв между ролью юаня и ролью самого Китая в мировой экономике колоссален.
При этом доллар США и евро оказываются в другом положении. Доля мирового ВВП, приходящегося на США в 2019 году, составила 15,1%, а на ЕС — чуть более 16,05%. При этом доллар США, занимая долю чуть более 39%, остается наиболее часто используемой в мире валютой в платежах, за которой следует евро — чуть менее 34%. В качестве валюты трансграничных платежей юань в настоящее время занимает пятое место (позади доллара США, евро, фунта стерлингов и японской иены). Это обусловлено не в последнюю очередь опасениями, связанными с финансовой стабильностью в Китае, а также с ограничениями на движение капитала.
Формально роль юаня росла год от года, но именно прорыва на международные рынки так и не случилось. Юань, по сути, не пускали на них, причем пробить эту стену, сформированную в другой системе валют, было просто невозможно. Ему выдвигали множество требований, в том числе либерализацию экономики, свободные торги юанем, невмешательство государства в курс национальной валюты и так далее.
Поэтому КНР решила пойти по другому пути: не пытаться внедриться в уже существующую валютную систему, а сформировать свою и сделать еще более радикальный шаг для отвязки от доллара: начать активное внедрение своей цифровой суверенной валюты, которая испытывалась уже несколько лет. И хотя официально никакого графика внедрения нет, в мае-апреле 2020-го Центральный банк Китая активизировал развитие электронного юаня, который должен стать первой цифровой валютой, созданной и управляемой именно государством, причем одной из крупнейших экономик мира, а не частной корпорацией.
Время активного внедрения выбрано неслучайно: ожидается, что на фоне растущей популярности цифровых платежных платформ и по мере того, как люди начинают избегать физических контактов при расчетах во время пандемии коронавируса, кибервалюта, обеспеченная именно государством, может стать очень популярной. Но здесь есть и важный нюанс: если подавляющее большинство кибервалют предусматривает анонимность держателей средств, что нередко используется для нелегальных операций, китайская кибервалюта должна быть прозрачна для национальной платежной системы.
Для Китая суверенная цифровая валюта представляет собой функциональную альтернативу системе долларовых расчетов и хеджирует последствия любых санкций или угроз как на уровне страны, так и на уровне отдельных компаний.
Центральный банк начал тестирование своей электронной валюты в нескольких городах, включая Шэньчжэнь, Сучжоу, Чэнду, а также в новом специальном районе к югу от Пекина, Сюнане. Также киберюань, скорее всего, будет тестироваться в регионах, где будут проходить некоторые мероприятия зимних Олимпийских игр в Пекине в 2022 году. Киберюань в Сучжоу будет использоваться для субсидирования транспорта, в Сюнане же основное внимание уделено оплате продуктов питания и розничной торговле.
На первый взгляд, никакого особого новшества здесь нет, электронные расчеты уже давно внедрены в Китае и стали вполне обыденным делом практически для каждого китайца. Правда, они до этого не собирались заменить действующую валюту — юань, а являются просто удобными системами электронных платежей. К тому же, поскольку данные об операциях с существующими платежными платформами были разбросаны по нескольким несвязанным между сбой системам, Центральный банк не мог контролировать движение наличных средств в режиме реального времени. На этот же раз, судя по всему, речь идет о полной централизованной "цифровизации" средств расчетов.
Официальные китайские СМИ пояснили, почему именно сейчас так важно ускоренно водить свою суверенную цифровую валюту. Во-первых, это превращение доллара в "оружие" американской внешней политики. Это достигается путем введения односторонних карательных санкций с угрозой исключить компании из системы расчетов по доллару SWIFT. Такие угрозы уже были реализованы в отношении Ирана, Венесуэлы, а, например, правительство Австралии было вынуждено отказаться от соглашения с компанией Huawei об обслуживании новой железнодорожной сети отчасти из-за трудностей с завершением финансовых переводов.
Во-вторых, необходимость действий Китая, направленных на противодействие долларовому шантажу и таким образом предоставление выбора для инвесторов и в целом для бизнеса. Это дальнейшее развитие системы торговых расчетов на основе юаня в качестве альтернативы долларовым расчетам.
В-третьих, очевидно и то, где в дальнейшем будет использоваться "цифровой юань" для международных расчетов: это страны, которые присоединились к китайской инициативе "Пояс и Путь". К тому же в условиях стагнации мировой торговли внедрение новой платежной системы может заметно оживить товарооборот, придав еще больше успеха китайкой "мягкой силе". Но поскольку держателем и эмитентом валюты выступает Китай, то пользователи "цифрового юаня" будут еще больше призываться к китайской финансовой системе.
