Асгат. Серебро дороже жизни?

Месторождение расположено в северо-западной части Монголии, на территории сомона Ногоннуур Баян-Улгийского аймака, граничащего с Алтайским краем Российской Федерации.

В прошлом году была создана рабочая группа для разработки решения постоянной комиссии, которая будет направлять правительство и другие соответствующие органы по вводу месторождения Асгат в экономический оборот, и большинство поддержало его.

Серебро, которое дороже жизни?

Ни для кого не секрет, что цены на драгоценные металлы на фоне пандемии неуклонно растут, обновляя исторические максимумы. Это побуждает добывающие компании искать и осваивать все новые и новые месторождения. Но такие разработки, помимо доходов в бюджет и прибыли инвестора, имеют и очевидную неприятную изнанку – ущерб экологии региона добычи драгоценных металлов. Возможно, почувствовать это в полной мере на себе предстоит и жителям сомона Ногооннур Баян-Улгийского аймака. Интересы добывающей компании распространяются на серебряное месторождение Асгат, расположенное в этом регионе. Чем это чревато для жизни местного населения и насколько оправдана такая инициатива?

Пару слов о руднике

Месторождение, расположенное в сомоне Ногооннур Баян-Улгийского аймака долгое время считалось недостаточно перспективным. Но за последние годы возможность его разработки была пересмотрена. И даже предварительно нашли инвестора добычи – англо-австралийской компанию «Rio Tinto».

Пока что разведанный потенциал месторождения оценивается как недостаточно высокий. Срок окупаемости проекта инвестиций компании оценивается в 11 лет. Более детально о выгодности проекта будет известно по результатам дополнительной разведки. Кроме того, инфраструктурой, необходимой для организации разработки, месторождение не обладает.

А теперь о самом главном, что непосредственно касается каждого жителя Баян-Улгийского аймака.

Экологические последствия разработки Асгатского рудника

Что такое разработка серебряного рудника? Это гигантские отвалы породы, ждущие своего вывоза на участок обогащения. Это гидравлические сооружения, в которых руду отделяют от сопутствующих примесей химическими методами. Это высоковольтные линии передач, питающие инфраструктуру и оборудование. И многое другое, чего требует технология добычи, обогащения и переработки. Даже воплощенное частично, все это наносит колоссальный вред экологии региона.

Это не просто слова. При подобной добыче ущерб окружающей среде носит комплексный характер. Для технологии добычи путем флотации будут использованы значительные объемы воды из близлежащих рек и при необходимости подземных горизонтов. Это повлечет ощутимое изменение традиционных режимов естественного водообмена соседних с сомоном Ногооннур территорий. Кроме того, не исключен риск сброса отходов производства в местные речки. Одного подобного сброса при незначительном масштабе этих рек достаточно, чтобы на долгие годы убить практически всю жизнь в водоемах – от рыбы до мелких насекомых.

Кроме того, разработка серебряного карьера Асгат несомненно повлечет за собой загрязнение воздуха. Масштабы явления пока сложно прогнозировать – все будет зависеть от объемов добычи и локализации мест по обогащению руды. Но это однозначно повлияет на плодородность прилежащих земель, разнообразие их флоры и фауны.

Таким образом, окружающая среда сомона Ногооннур пострадает ощутимо. Разумеется, при правильном подходе к разработкам и добыче полезных ископаемых возможные негативные последствия. Но вероятность того, что руководство западной частной компании будет заботить экологическое состояние монгольской территории, как мы все понимаем, стремится к нулю. Им и без того придется считать каждую копейку, чтобы быстрее начать получать прибыль.

Как изменится жизнь региона

Таким образом, разработка рудника – это кардинальное преобразование местного ландшафта и нарушение биосферы в регионе. Но проблема носит не только экологический характер. Так как экология напрямую взаимосвязана с образом жизни местного населения – особенно с учетом специфики жизни монгольского народа и его традиционной зависимости от природы - последствия для местного населения будут воистину катастрофические.

Нарушения режимов естественного водообмена и кислотные дожди, вызванные забором воды на производственные нужды рудника, могут привести к опустыниванию значительных территорий. Это наверняка сгонит с привычных мест обитания не только представителей фауны, но и население, основная деятельность которого заключается в охоте, рыбалке, скотоводстве и земледелии на отдельных участках территории Баян-Улгийского аймака. Счет таких семей, ведущих кочевой или оседлый образ жизни, пойдет на сотни и тысячи.

Чтобы понять необратимые во всех смыслах последствия для населения, необходимо просто взглянуть на результаты подобной деятельности в любом другом уголке мира. Ухудшение экологии и бунты экоактивистов на приисках графства Тирон в Северной Ирландии, ситуация с жителями армянского города Джермук, настоящая война коренного населения Бразилии с золотодобывающими компаниями – все эти и сотни других случаев противостояния жителей объединяет одна общая черта. Она проста и понятна. В ее основе лежит желание оградить свой дом от загрязнения воды, воздуха, почвы, обеднения растительного и животного мира. Нетронутая природа и чистая вода оказываются для людей гораздо важнее, чем потенциальная выгода от создания рабочих мест на добывающих предприятиях. Тем более, что горные промышленники часто нарушают свои обещания.

Соответственно, наносимый на протяжении десятков лет ущерб вряд ли сможет окупить выгоду от создания нескольких сотен рабочих мест для местного населения и определенное наполнение государственной казны.

Отсюда следует очевидный любому вывод - стремление иностранных компаний извлечь выгоду на разработке природных ископаемых Монголии не учитывает интересы проживающих в регионе потенциальной разработки граждан. А значит, со стороны всех небезразличных к собственной судьбе должны последовать соответствующие действия – такие, чтобы они были услышаны, но при этом не нарушающие законодательство. Иначе как экологию аймака, так и всех его обитателей ждет очень незавидная судьба.