Движется ли Монголия к восстановлению буддийской теократии? Часть II

Между тем в Монголии официальные лица начинают по поводу этой весьма щекотливой ситуации. Так, советник Президента Монголии по делам религий Цэдэндамба выразил мнение, что, строго говоря, решение Правительства МНР о демонтаже теократической формы правления сегодня вряд ли можно считать легитимным. Чиновник, однако, тут же сделал оговорку: «Согласно принципу отделения церкви от государства, совмещение ролей политического и религиозного лидера неприемлемо». Некоторые монгольские чиновники выражали свою озабоченность и тем, что приезд тибетского беженца, каковым тогда являлся Богдо-гэгэн IX, может осложнить и без того непростые отношения Монголии с Китаем. Становится очевидно, что в Монголии опасаются непредсказуемых политических последствий от приезда гэгэна. Романтическая эйфория начала 90-х сменяется будничной политической прагматикой. Монголы берут паузу, предпочитая понаблюдать со стороны за поведением гэгэна.

Что касается Богдо-гэгэна, то неудача в Монголии отнюдь не остановила его кипучей деятельности. В конце 1990-х и начале 2000-х по приглашению различных буддийских общин он посещает США, Канаду и Западную Европу. В 1999 году, наконец, и Россия распахивает для него двери. В России Богдо-гэгэны были глубоко почитаемыми религиозными авторитетами еще во времена империи, а потому именно в этой стране он находит своих горячих почитателей. И хотя в Бурятии официальный глава буддистов Хамбо-лама холодно принимает гэгэна, его визит становится здесь заметным религиозным событием. Что касается Калмыкии, то тут Богдо-гэгэн был принят особенно тепло как простыми буддистами, так и Шажин-ламой Тэло-тулку. В дальнейшем этих двух перерожденцев будет связывать крепкая дружба. В России Богдо-гэгэн обрел множество учеников и последователей и в среде русских буддистов. На этом молчаливом видеозапечатлена встреча гэгэна с известной российской актрисой Натальей Андрейченко, его ученицей.

В 1999 году, наконец, стала сдвигаться с мертвой точки патовая ситуация в Монголии. В этом году состоялся его первый визит в эту страну, правда, в статусе туриста. И хотя правительство старалось не афишировать его приезд, он произвел в этой буддийской стране настоящий фурор. По признанию депутата монгольского парламента Сэдэнчжава Дулама, люди приезжали поклониться гэгэну с самых отдаленных аймаков страны. В Монголии его принимали как верховного религиозного лидера. Чиновники оказались в связи с этим в сложной ситуации. Помимо того, что этот приезд совпал с официальным визитом в страну председателя КНР Цзянь Цзэминя, он вызвал нешуточные брожения в стране. Монахи и миряне стали в массовом порядке обращаться в правительство с требованием разрешить Богдо-гэгэну остаться в Монголии. Этот визит подтвердил опасения правительства, что оно не в силах контролировать настроения в обществе в отношении гэгэна. Как заключил Цэдэндамба: «Мы осознали, что монголы более чувствительны к вопросу о Богдо-гэгэне, чем мы думали». И снова процесс возвращения остановился на годы.

В 2004 году семидесятидвухлетний Богдо-гэгэн испытывает серьезные проблемы со здоровьем. У него, как и у предшественника, болезнь глаз, требующая хирургической операции. Затем отказывает правая почка, и ему пересаживают здоровую почку его сына. В 2007 году его разбивает инсульт. Все эти несчастья, конечно, сказываются на его активности, но он все еще продолжает свою прозелитическую деятельность в России, собирая стадионы последователей.

К концу нулевых, официальная Монголия, что называется, дозрела. Центр буддистов Монголии во главе с Хамбо-ламой крупнейшего монастыря Гандана Чойчжамцем в 2009 году приглашает Богдо-гэгэна уже с официальным визитом. Хамбо-лама объявляет его «Высшей святыней монгольского народа». В одном из интервью Чойчжамц заявляет, что никогда не являлся религиозным главой буддистов Монголии, это положение навсегда закреплено за Богдо-гэгэном. В 2010 году гэгэн, испытывающий серьезные проблемы со здоровьем, получает монгольское гражданство, а годом позднее в Улан-Баторе проводится торжественная церемония провозглашения гэгэна главой буддистов Монголии. В 2012 году, когда Далай-лама прибыл в Монголию с очередным визитом, Богдо-гэгэн принял его в своей резиденции уже в статусе главы буддистов Монголии.

Так что, наконец, подвигло официальную Монголию на решительные шаги, которые она собиралась предпринять двадцатью годами раньше? И на что направлена вся эта кампания? Ответ, как мне кажется, лежит на поверхности. Главной целью правительства является установление своего внутреннего контроля над мощным альтернативным источником власти. В середине XVIII века император Цяньлун «запретил» Богдо-гэгэнам рождаться среди монголов, пытаясь таким образом лишить слияния их религиозной харизмы с идеей Великой Монголии. Спустя несколько веков Монголия получила шанс вернуть Богдо-гэгэна в «монгольское тело», тем самым ликвидировав потенциальные каналы влияния со стороны как Китая, так и тибетцев. Опасаясь Богдо-гэгэна в «тибетском теле», воспитанного в чужой среде, имеющего неясную биографию, власти Монголии терпеливо выжидали двадцать лет. Как ни цинично это звучит, им нужен был старый и больной гэгэн, уже смотрящий в глаза вечности. Остается еще один вопрос: для чего?

Незадолго до ухода Богдо-гэгэна, 1 марта 2012 года официальная делегация, включавшая авторитетных общественных деятелей страны во главе с министром культуры Отгонбаяром, сыграла последнюю коду в этой политической симфонии. Члены комиссии обратилась к умирающему Богдо-гэгэну IX с официальной просьбой от лица всех буддистов Монголии принять следующее перерождение в Монголии. Как и следовало ожидать, гэгэн дал свое согласие. В этот же день он умер. Его тело было помещено в саркофаг и засыпано солью. Спустя несколько месяцев правительством Монголии была создана очередная специальная комиссия для поиска Богдо-гэгэна X. Комиссия работает в режиме полной секретности, поскольку дело имеет важнейшее государственное значение. Возможно, десятый гэгэн уже найден, но, думаю, мы еще не скоро увидим его воочию.

Так движется ли Монголия к теократии? Разумеется нет. Как раз наоборот, Монголия, как мне кажется, сделала все, чтобы не допустить демонтажа существующей политической системы, какой бы фантастической ни казалась эта перспектива. Имея опыт периода Цинской империи и наблюдая за тем, как цинично Китай использует институт перерожденцев в своих политических целях сегодня, монголы пытаются наглухо закрыть этот канал потенциальной диверсии со стороны КНР. И кажется, что пока им это удается.